Факты истории Увельского района

Только факты, основанные на архивных документах

Get Adobe Flash player

Главное меню

Случайное фото

klass.jpg

В результате «Великой Октябрьской социалистической революции» 1917 года, как это пафосно называлось в советской историографии, в России к власти пришли большевики. Сразу после этого, для укрепления своих позиций, большевики развернули активную деятельность по искоренению других партий. С монархистами и правыми покончили в первую очередь. Затем, в начале 20-х гг., прошёл ряд показательных судебных процессов против эсеров и меньшевиков, нацеленных на подрыв репутации партий и их отстранения от руля власти. Так к 1923 г. большевики достигают поставленной задачи – ликвидации многопартийности в России.

Большевики, сознательно или несознательно, но ставили своей целью не просто установление однопартийной системы в стране, а превращение схемы «государство – партия» в единое целое («государство = партия»). Это стало ясно ещё 25 октября 1917 года, когда по желанию Ленина новая власть была передана ПВРК (Петроградскому Военно-революционному комитету), с целью лишить полномочий съезд Советов и предупредить всякую возможность создания коалиционного правительства с другими партиями, которые поддержали восстание (левые эсеры, меньшевики-интернационалисты).

Многие из недавних противников красных, смекнув, что безопасней и выгоднее для карьеры будет пополнить ряды большевиков, перешли на их сторону. Новая власть понимала, что для того, чтобы крепко встать на ноги, ей необходимо привлекать в партию новых членов. Особая ставка делалась на рабочих (все же диктатура пролетариата!), так было в «ленинский призыв» 1924 г., «октябрьский набор» 1927 г. Однако, на деле «к 1927 году только треть коммунистов составляли рабочие, 60 % членов партии занимались чаще всего неквалифицированным, но не физическим трудом в гигантском государственном бюрократическом аппарате» [11; стр. 178 – 179].

Какой же стала партия через 10 лет после прихода к власти? В 1927 году она насчитывала 1 млн. 300 тыс. членов и кандидатов. Число «старых» большевиков постоянно сокращалось (в 1927 г. оставалось всего 8 тыс. человек, вступивших в партию до октября 1917 г.). 85 % коммунистов были моложе 40 лет; лишь 2 % секретарей парторганизаций вступили в партию до революции, отсюда недостаток политического опыта. Только 1 % коммунистов окончили высшие учебные заведения, следствием чего стал низкий образовательный уровень. Люди, вступившие в партию, желали построить социализм в СССР (по крайней мере, прикрывались этой «светлой идеей», многие для того, чтобы скрыть банальное стремление к улучшению своего экономического и социального положения), но при этом большинство из них никогда не читало классиков марксизма.

По мнению курганского исследователя А.А. Базарова, ошибочно считать, что в партию принимались лучшие люди, да и добровольным вступлением в ВКП(б) иногда трудно назвать. «При агрессивной неприязни подавляющей части населения к большевикам добровольное вступление в партию действительно порядочного человека сомнительно. Втянуть человека в очевидно преступную политическую организацию можно было крайними мерами принуждения» [10; стр. 341].

Членство в ВКП(б) было ключом от многих дверей: образование, получение работы по специальности, профессиональный рост, получение жилья и т.д. И воспользоваться этим ключом старались практически все, кто это понимал.

В таких условиях проведение чистки рядов партии было необходимостью. Первая крупная «прополка» (этот термин мы заимствовали у историка А. Базарова из его книги «Хроника колхозного рабства» [10; стр. 341], т.к. считаем, что это определение как нельзя лучше отражает специфику проводимых чисток)  РКП(б) состоялась в 1921 году по решению Х съезда партии [1; стр. 272 – 273]. Основной задачей партия ставила проверку и очистку РКП(б) от классово – чуждых элементов. Пора было «почиститься», ведь со времени образования большевистской партии (1903 г.) прошло много лет, да и ситуация изменилась коренным образом. Теперь большевики стали правящей партией! В «Письме ЦК РКП(б) всем партийным организациям о проведении чистки партии», датированном 27 июля 1921 г. (дата опубликования в газете «Правда»), приводятся следующие сведения: «на 600 с лишком тысяч нынешних членов нашей партии мы имеем некоторый процент социально чуждых нам элементов», «мы производим не просто очередную перерегистрацию, а именно генеральную чистку, Российская Коммунистическая партия является рабочей партией, её основой должны остаться пролетарии» [1; стр. 272 – 277].

Думаем, уже из этих строк документа видно, кто попадает первым в список «неугодных РКП(б)». После чистки около четверти всех коммунистов оказались исключёнными из партии или вышли из неё по собственному желанию [11; стр. 145]. А.И. Зевелев приводит цифру в 170 тыс. исключенных [14; стр. 18]. 

Вторая массовая «прополка» партии состоялась в 1929 году по решению Шестнадцатой конференции ВКП(б). Со времени последней чистки прошло 8 лет. К этому времени партия увеличилась численно в три раза [2; стр. 239]. На этот раз, целью проверки и чистки рядов партии стало «очищение партии от социально чуждых ей и разложившихся элементов, а также в очищении партии от тех элементов нерабочего состава, которые за время своего пребывания в рядах партии не проявили себя как коммунисты в деле улучшения работы тех или других государственных, хозяйственных и иных организаций и не имели непосредственной связи с рабочими и крестьянскими массами» [2; стр. 239]. Действительно, пора вновь «очищаться», ведь уже позади НЭП с его «вольностями», а в разгаре и впереди «сталинская модернизация» с опорой на рабочий класс.

В 6 пункте Постановления Шестнадцатой конференции ВКП(б) «О чистке и проверке членов и кандидатов ВКП(б)» говорится о том, что партия с особым вниманием должна проверить состав деревенских ячеек. Необходимо «очистить их от проникших в неё элементов классово чуждых или сросшихся с кулацкими элементами – торговцами, баями и духовенством, от членов партии, проводящих политику, отталкивающую от партии батраков и бедняков, от партийцев, не принимающих участия в проведении в жизнь мероприятий по социалистическому переустройству сельского хозяйства, от чиновничьих элементов, не выполняющих директив партии об опоре на бедноту в союзе с середняцкими массами крестьянства, от членов партии, хозяйственное обрастание которых заслонило перед ними задачу коммунистической пропаганды и организации деревни, от злостных нарушителей революционной законности, от злоупотребляющих властью в личных целях» [2; стр. 242].

Большевики надеялись с помощью чистки превратить деревенские ячейки в опорные пункты коммунистической партии в деревне. Старались укрепить доверие к партии, привлечь в ряды партии лучшие коммунистические силы. С их точки зрения таковыми являлись батраки и бедняки.  Удивительно, что люди, которые не смогли состояться «профессионально», доказать делом свою способность к успешному крестьянскому труду, должны были стать руководителями и организаторами жизни на селе!

К 1929 году начинается развёртывание коллективизации, которая была встречена враждебно, хотя «сопротивление» в основном было пассивным. Немногочисленные сельские партячейки осмелились противиться решению партии. В ходе чистки 1929 г. примерно каждый пятый член этих ячеек был исключён «за пассивность», «за связь с враждебными элементами» или «за искривление партлинии», т.е., например, за отказ вступить в колхоз.

Кадровая политика партии делала ставки на «новых рабочих», на представителей деревенской бедноты, ведь для них делалась революция. Но эти «кадры» в силу низкого культурного уровня не могли вести партийную работу качественно. Они партии были необходимы для «безболезненного» проведения тех или иных экономических и политических мероприятий.

Нельзя сказать, что между 1921 и 1929 гг. партийные ряды не подвергались чисткам. Безусловно, проверки членов и кандидатов были и довольно-таки часто. Например, Н. Верт в «Истории Советского государства 1900 – 1991 гг.», выпущенной в 1992 году, приводит некоторые цифры. Ежегодно контрольная комиссия вызывала 4 –6 % коммунистов по самым разным поводам. За пьянство исключалось 25 – 30 %, за политическую пассивность 25 % , чаще, чем за «активную оппозицию» – 5 – 6 %, за различные проявления карьеризма, злоупотребления властью, бюрократизм 18 – 20 %, неприкрытое воровство 10 %, веру в Бога 5 – 6 %, принадлежность к социально чуждому классу 2 – 4 %. В годы расцвета НЭПа, да это и понятно, контрольные комиссии ограничивались «лёгкими чистками»: предупреждениями, порицаниями, редко – исключениями. В 1924 – 1927 гг. ежегодно исключался только 1 % всех коммунистов.

На XVI съезде ВКП(б) 26 июня – 13 июля 1930 г. было объявлено, что по итогам проведения чистки 1929 г. из её состава выбыло около 8 % членов и кандидатов [31; стр. 225 – 226]... По социальному положению исключено: рабочих от станка – 7,5 % (от общего их количества), крестьян от сохи – 17 %, служащих – 9,6 %.  Причины исключения: чуждый элемент и связь с чуждым элементом – 17,2 %, преступное и бюрократическое поведение по должности и нарушение трудовой дисциплины – 16,4 %, партийная недисциплинированность, невыдержанность, сокрытие излишков, отказ от вступления в колхоз и т п. – 21 %, пассивное пребывание в партии – 17,1 % коммунистов, проступки бытового характера – 22,9 %, в том числе пьянство и дебош – 15 % [18; стр. 201 – 202].  Как видим, значительный процент исключённых из партии составили именно крестьяне. И все же к 1930 году ВКП(б) насчитывала около 2 млн. членов и кандидатов.

Всего через 3 года в партии большевиков состоялась очередная генеральная чистка, развёрнутая в мае 1933 г. [3; стр. 89, 98 – 103]. Постановление ЦК от 28 апреля 1933 г. определило, кто неугоден партии на этот раз. Ими стали «классово чуждые и враждебные элементы», «двурушники», открытые и скрытые нарушители железной дисциплины партии и государства, подвергающие сомнению и дискредитирующие решения и установленные партией планы болтовней об их «нереальности» и неосуществимости, «перерожденцы», карьеристы, «шкурники и морально разложившиеся», политически малограмотные, не знающие программы, устава и основных решений партии [11; стр. 205]. Как видим, «набор неверных» с годами не менялся, но характеристики и ярлыки стали жёстче. Понятно, ведь партия уже укрепилась у власти!

По итогам чистки, проводившейся в 1933 – 1934 годах, из партии было исключено около 450 тыс. коммунистов [27; стр. 74].